Неточные совпадения
Манилов отвечал, что за Павла Ивановича всегда готов он ручаться, как за самого себя, что он бы пожертвовал всем своим имением, чтобы иметь сотую долю качеств Павла Ивановича, и отозвался о нем вообще в самых лестных
выражениях, присовокупив несколько
мыслей насчет дружбы уже с зажмуренными глазами.
Они молчали несколько минут. Он, очевидно, собирался с
мыслями. Ольга боязливо вглядывалась в его похудевшее лицо, в нахмуренные брови, в сжатые губы с
выражением решительности.
Несколько раз, с различными интонациями и с
выражением величайшего удовольствия, прочел он это изречение, выражавшее его задушевную
мысль; потом задал нам урок из истории и сел у окна. Лицо его не было угрюмо, как прежде; оно выражало довольство человека, достойно отмстившего за нанесенную ему обиду.
Но она не слушала его слов, она читала его
мысли по
выражению лица. Она не могла знать, что
выражение его лица относилось к первой пришедшей Вронскому
мысли — о неизбежности теперь дуэли. Ей никогда и в голову не приходила
мысль о дуэли, и поэтому это мимолетное
выражение строгости она объяснила иначе.
Левин, которого давно занимала
мысль о том, чтобы помирить братьев хотя перед смертью, писал брату Сергею Ивановичу и, получив от него ответ, прочел это письмо больному. Сергей Иванович писал, что не может сам приехать, но в трогательных
выражениях просил прощения у брата.
Левин положил брата на спину, сел подле него и не дыша глядел на его лицо. Умирающий лежал, закрыв глаза, но на лбу его изредка шевелились мускулы, как у человека, который глубоко и напряженно думает. Левин невольно думал вместе с ним о том, что такое совершается теперь в нем, но, несмотря на все усилия
мысли, чтоб итти с ним вместе, он видел по
выражению этого спокойного строгого лица и игре мускула над бровью, что для умирающего уясняется и уясняется то, что всё так же темно остается для Левина.
Минуты две, опустив голову с
выражением напряженного усилия
мысли, стоял он с револьвером в руках неподвижно и думал.
— Каждый член общества призван делать свойственное ему дело, — сказал он. — И люди
мысли исполняют свое дело, выражая общественное мнение. И единодушие и полное
выражение общественного мнения есть заслуга прессы и вместе с тем радостное явление. Двадцать лет тому назад мы бы молчали, а теперь слышен голос русского народа, который готов встать, как один человек, и готов жертвовать собой для угнетенных братьев; это великий шаг и задаток силы.
Он не мог согласиться с этим, потому что и не видел
выражения этих
мыслей в народе, в среде которого он жил, и не находил этих
мыслей в себе (а он не мог себя ничем другим считать, как одним из людей, составляющих русский народ), а главное потому, что он вместе с народом не знал, не мог знать того, в чем состоит общее благо, но твердо знал, что достижение этого общего блага возможно только при строгом исполнении того закона добра, который открыт каждому человеку, и потому не мог желать войны и проповедывать для каких бы то ни было общих целей.
Бог знает, где бродили его
мысли, но не в одном только прошедшем бродили они:
выражение его лица было сосредоточенно и угрюмо, чего не бывает, когда человек занят одними воспоминаниями.
Он чувствовал, что в нем вспухают значительнейшие
мысли. Но для
выражения их память злокозненно подсказывала чужие слова, вероятно, уже знакомые Лидии. В поисках своих слов и желая остановить шепот Лидии, Самгин положил руку на плечо ее, но она так быстро опустила плечо, что его рука соскользнула к локтю, а когда он сжал локоть, Лидия потребовала...
Кичибе начал переводить его речь по-своему, коротко и отрывисто, и передал, по-видимому, только
мысль, но способ
выражения, подробности, оттенки — все пропало.
Образовался новый язык — получеловечий, полуобезьяний, но во всяком случае вполне негодный для
выражения каких бы то ни было отвлеченных
мыслей.
Затем младший брат подсудимого нам объявляет давеча сам, что фактов в подтверждение своей
мысли о виновности Смердякова не имеет никаких, ни малейших, а заключает так лишь со слов самого подсудимого и „по
выражению его лица“ — да, это колоссальное доказательство было дважды произнесено давеча его братом.
Она задыхалась. Она, может быть, гораздо достойнее, искуснее и натуральнее хотела бы выразить свою
мысль, но вышло слишком поспешно и слишком обнаженно. Много было молодой невыдержки, многое отзывалось лишь вчерашним раздражением, потребностью погордиться, это она почувствовала сама. Лицо ее как-то вдруг омрачилось,
выражение глаз стало нехорошо. Алеша тотчас же заметил все это, и в сердце его шевельнулось сострадание. А тут как раз подбавил и брат Иван.
Мысль является лишь
выражением класса, и она сама по себе никакой ценности не имеет.
Мысль о боговоплощении как кенозисе находит многообразное
выражение в Слове Божием.
Для
выражения своих
мыслей о божественном мы пользуемся символами (συμβόλοις) и аналогиями (αναλόγως).
С. 274 Трудно предположить, чтобы
выражение «богиня» в применении к Софии у Вл. Соловьева было здесь обмолвкой или только поэтическим образом, а не точным
выражением его
мысли.].
То, что Бог существенно и потому предвечно, вневременно представляет (отлично сознаем всю неточность этих
выражений, но пользуемся ими за отсутствием надлежащих для того слов в языке человеческом), надо
мыслить в смысле реальнейшем, как ens realissimum, и именно такой реальнейшей реальностью и обладает Идея Бога, Божественная София.
Скорее это НЕ есть отрицающее всякое высказывание ά: αόριστος, άπειρος, άμορφος [Неограниченный, бесконечный, бесформенный (греч.).] — не столько отрицание того или иного определения, сколько его отсутствие,
выражение невыразимого, жест трансцендентного в имманентном, предел для
мысли и для сознания, за которым оно гаснет и погружается в ночь.
«Высшие миры», которых достигать учит «духовное знание», строго говоря, есть наш же собственный мир, воспринимаемый лишь более широко и глубоко; и как бы далеко ни пошли мы в таком познании, как бы высоко ни поднялись по лестнице «посвящений», все же оно остается в пределах нашего мира, ему имманентно [Эта
мысль находит ясное
выражение в книге Эмиля Метнера.
Дети вообще любят слуг; родители запрещают им сближаться с ними, особенно в России; дети не слушают их, потому что в гостиной скучно, а в девичьей весело. В этом случае, как в тысяче других, родители не знают, что делают. Я никак не могу себе представить, чтоб наша передняя была вреднее для детей, чем наша «чайная» или «диванная». В передней дети перенимают грубые
выражения и дурные манеры, это правда; но в гостиной они принимают грубые
мысли и дурные чувства.
Итак, скажи — с некоторого времени я решительно так полон, можно сказать, задавлен ощущениями и
мыслями, что мне, кажется, мало того, кажется, — мне врезалась
мысль, что мое призвание — быть поэтом, стихотворцем или музыкантом, alles eins, [все одно (нем.).] но я чувствую необходимость жить в этой
мысли, ибо имею какое-то самоощущение, что я поэт; положим, я еще пишу дрянно, но этот огонь в душе, эта полнота чувств дает мне надежду, что я буду, и порядочно (извини за такое пошлое
выражение), писать.
Философски я даже очень усовершенствовал
выражение своей
мысли, более определил терминологию.
Есть мучительное несоответствие между моей
мыслью и ее словесным
выражением.
Книгу эту я считаю не самым совершенным, но самым вдохновенным своим произведением, и в ней впервые нашла себе
выражение моя оригинальная философская
мысль.
Я очень мало объективировал свою
мысль (употребляю
выражение, которым начал пользоваться позже): она оставалась в субъективном мире.
Между нами был такой контраст, который не мог не сказаться нам обоим, особенно мне: я был человек, уже сосчитавший дни свои, а он — живущий самою полною, непосредственною жизнью, настоящею минутой, без всякой заботы о «последних» выводах, цифрах или о чем бы то ни было, не касающемся того, на чем… на чем… ну хоть на чем он помешан; пусть простит мне это
выражение господин Рогожин, пожалуй, хоть как плохому литератору, не умевшему выразить свою
мысль.
«Мы сидели тогда по углам, понурив унылые головы, со скверным
выражением на озлобленных лицах…» «Развив наши мозги на деньги народа, вскормленные хлебом, забранным с его поля, — станем ли мы в ряды его гонителей?..» В прокламации развивалась
мысль, что интересы учащейся молодежи и народа одни.
— Ну, это еще ничего, — сказал он весело. И затем, вздохнув, прибавил: — Лет через десять буду жарить слово в слово. Ах, господа, господа! Вы вот смеетесь над нами и не понимаете, какая это в сущности трагедия. Сначала вcе так живо! Сам еще учишься, ищешь новой
мысли, яркого
выражения… А там год за годом, — застываешь, отливаешься в форму…
Я до сих пор не понимаю, что у него тогда была за
мысль, но очевидно, он в ту минуту был в какой-то чрезвычайной тревоге (вследствие одного известия, как сообразил я после). Но это слово «он тебе все лжет» было так неожиданно и так серьезно сказано и с таким странным, вовсе не шутливым
выражением, что я весь как-то нервно вздрогнул, почти испугался и дико поглядел на него; но Версилов поспешил рассмеяться.
Я так и прописываю это слово: «уйти в свою идею», потому что это
выражение может обозначить почти всю мою главную
мысль — то самое, для чего я живу на свете.
В первые минуты на забрызганном грязью лице его виден один испуг и какое-то притворное преждевременное
выражение страдания, свойственное человеку в таком положении; но в то время, как ему приносят носилки, и он сам на здоровый бок ложится на них, вы замечаете, что
выражение это сменяется
выражением какой-то восторженности и высокой, невысказанной
мысли: глаза горят, зубы сжимаются, голова с усилием поднимается выше, и в то время, как его поднимают, он останавливает носилки и с трудом, дрожащим голосом говорит товарищам: «простите, братцы!», еще хочет сказать что-то, и видно, что хочет сказать что-то трогательное, но повторяет только еще раз: «простите, братцы!» В это время товарищ-матрос подходит к нему, надевает фуражку на голову, которую подставляет ему раненый, и спокойно, равнодушно, размахивая руками, возвращается к своему орудию.
Доктор никак не мог сообразить, для каких целей необходимо залить Москву кровью и заревом пожара, но страшное
выражение лица Арапова, когда он высказывал
мысль, и его загадочная таинственность в эту ночь еще более усилили обаятельное влияние корректора на Розанова.
Гловацкий засмеялся. В его седой голове мелькнула
мысль о страстях, о ловушках, и веселая улыбка заменилась
выражением трепетной отцовской заботы.
Мысли и разнородные ощущения до крайности впечатлительной и раздражительной души ее беспрестанно сменялись одни другими, и оттенки этих ощущений сливались в удивительной игре, придавая лицу ее ежеминутно новое и неожиданное
выражение.
В Александре, напротив, все показывало слабое и нежное сложение, и изменчивое
выражение лица, и какая-то лень или медленность и неровность движений, и матовый взгляд, который сейчас высказывал, какое ощущение тревожило сердце его или какая
мысль шевелилась в голове.
В последнее время Глафира Львовна немного переменилась к сиротке; ее начала посещать
мысль, которая впоследствии могла развиться в ужасные гонения Любоньке; несмотря на всю материнскую слепоту, она как-то разглядела, что ее Лиза — толстая, краснощекая и очень похожая на мать, но с каким-то прибавлением глупого
выражения, — будет всегда стерта благородной наружностью Любоньки, которой, сверх красоты, самая задумчивость придавала что-то такое, почему нельзя было пройти мимо ее.
На лице Сусанны Николаевны на мгновение промелькнула радость; потом
выражение этого чувства мгновенно же перешло в страх; сколь ни внимательно смотрели на нее в эти минуты Егор Егорыч и Сверстов, но решительно не поняли и не догадались, какая борьба началась в душе Сусанны Николаевны:
мысль ехать в Петербург и увидеть там Углакова наполнила ее душу восторгом, а вместе с тем явилось и обычное: но.
Оставшись одна, она действительно принялась сочинять ответ мужу, но оказалось, что в ответе этом наговорила ему гораздо более резких
выражений, чем было в письме Тулузова: она назвала даже Ченцова человеком негодным, погубившим себя и ее, уличала его, что об Аксюте он говорил все неправду; затем так запуталась в изложении своих
мыслей и начала писать столь неразборчивым почерком, что сама не могла ни понять, ни разобрать того, что написала, а потому, разорвав с досадой свое сочинение, сказала потом Тулузову...
Неверная, быть может, изможденная болезнью рука его (завещание было писано на одре смерти, при общем плаче друзей и родных… когда же тут было думать о соблюдении юридических тонкостей!) писала
выражение, составляющее ныне предмет споров, но бодрая его
мысль несомненно была полна другим
выражением, —
выражением, насчет которого, к счастию для человечества, не может быть двух разных мнений.
Филарет нашел у князя возвращенный проект; некоторые слова и
выражения были в нем подчеркнуты; стараясь угадывать, почему они не соответствовали
мыслям государя, он заменил их другими.
На постоянно как бы с окаменелым
выражением лице Алексея Андреевича невозможно было прочесть никакого впечатления от читаемых строк, только в конце чтения углы его губ судорожно передернулись и густые брови сдвинулись и нависли над орбитами глаз, как бы под гнетом внезапно появившейся
мысли.
Вихров, по наружности, слушал эти похвалы довольно равнодушно, но, в самом деле, они очень ему льстили, и он вошел в довольно подробный разговор с молодыми людьми, из которого узнал, что оба они были сами сочинители; штатский писал статьи из политической экономии, а военный — очерки последней турецкой войны, в которой он участвовал; по некоторым
мыслям и по некоторым
выражениям молодых людей, Вихров уже не сомневался, что оба они были самые невинные писатели; Мари между тем обратилась к мужу.
Многие, вероятно, замечали, что богатые дворянские мальчики и богатые купеческие мальчики как-то схожи между собой наружностью: первые, разумеется, несколько поизящней и постройней, а другие поплотнее и посырее; но как у тех, так и у других, в
выражении лиц есть нечто телячье, ротозееватое: в раззолоченных палатах и на мягких пуховиках плохо, видно, восходит и растет
мысль человеческая!
Присутствие в доме слепого мальчика постепенно и нечувствительно дало деятельной
мысли изувеченного бойца другое направление. Он все так же просиживал целые часы, дымя трубкой, но в глазах, вместо глубокой и тупой боли, виднелось теперь вдумчивое
выражение заинтересованного наблюдателя. И чем более присматривался дядя Максим, тем чаще хмурились его густые брови, и он все усиленнее пыхтел своею трубкой. Наконец однажды он решился на вмешательство.
Когда она была сыта, не играла в карты и не болтала, — лицо у ней тотчас принимало
выражение почти мертвенное: сидит, бывало, смотрит, дышит — и так и видно, что никакой
мысли не пробегает в голове.
— Вы правы, мой друг! — сказал он с чувством, — я действительно с трудом могу найти для своей
мысли приличное
выражение; но вспомните, какое я получил воспитание! Ведь я… даже латинской грамматики не знаю!
Когда он излагал свои
мысли, — излагал беспорядочно, с употреблением неподлежащих
выражений, — то никто ничего не понимал, но всякий догадывался, что если дать этому безвыходному кадету волю, то он непременно учинит что-нибудь до того неизгладимое, чего впоследствии ни под каким видом не отскоблить.